воскресенье, 12 февраля 2017 г.

Как живется пенсионерам в Польше.

Польшу нельзя назвать страной с высоким уровнем жизни. Власти государства в постсоциалистический период практически всегда были озадачены проблемой оттока населения в Великобританию, Германию, Францию и т. д.Сейчас попытки остановить это массовое бегство за лучшей жизнью продолжаются. 
Борьба идет упорная, но, надо признать, силы на стороне польских властей. Медленно, но уверено местные законодатели делают свою страну комфортной для проживания. Показательной в этом случае служит политика по отношению к пенсионерам.

Как это ни странно, в Польше к пожилым людям примерно такой же подход, как и в России — вместе с размером пенсии повышается и пенсионный возраст. Но победа на последних выборах партии «Закон и справедливость» внесла некоторые изменения. Начиная с октября нынешнего года пенсионный возраст будет немного снижен. Женщины смогут наслаждаться отдыхом после 60 лет, а мужчины — после 65. До этого власти пытались добиться того, чтоб все выходили на пенсию в 67 лет. Смена правящей партии привела к обратному итогу. В остальном же — все примерно как у нас. Есть Пенсионный фонд, есть частные фонды. Человек волен сам определять размер своей пенсии, разумеется, не забывая о рисках.
Однако к собственному прошлому у Варшавы есть множество претензий. Местные власти всячески стараются продемонстрировать ту черту, что разделяет историю страны на ужасное «до» и благополучное «после» социалистического прошлого. Естественно, это отражается на людях. Те, кому большую часть жизни довелось прожить в Польской Народной Республике, ощущают заботу государства несколько иначе. Все, кто родились до 1949 года, взаимодействовать с частными пенсионными фондами права не имеют, вернее, не имели, так как сейчас все они уже на пенсии. Их пенсия определяется исключительно трудовым стажем. И зачастую наблюдается некоторая дискриминация по отношению к этим людям.
Постсоциалистическая несправедливость
Иренка Ожешко родилась в 1943 году недалеко от Варшавы. Отец ее, несмотря на то, что был лоялен по отношению к германским оккупантам, всегда симпатизировал коммунистам. Так что семья была вполне довольна успехами Советского Союза в последние годы Второй мировой. И именно по этой причине семья положительно отнеслась к становлению социалистического режима в наспех восстановленной Польше. Сама Иренка никогда не был приверженцем тех или иных политических идей. Она просто жила в той стране, где родилась. Училась в ней, рожала детей, работала. Правда, в годы замужества ей не доводилось работать: она была домохозяйкой. Но в 1972 муж скончался. Пришлось менять образ жизни. Иренка освоила профессию полировщика и устроилась работать на одно из мебельных предприятий. До смутных событий конца восьмидесятых никаких трудностей с работой и зарплатой не было. А потом все резко изменилось. Зарплату платить перестали еще при Ярузельском (первый президент постсоциалистической Польши — Авт.), а в 1991-м Иренку уволили. В новых реалиях ее профессия перестала быть востребованной. Она, поняв, что следует идти в ногу с беспощадным временем, быстро переквалифицировалась. Занялась нелегальной деятельностью.
В начале девяностых на польско-украинской границе процветала контрабанда. Из «незалежной» тянули все, что только можно было утянуть. Иренка, конечно, не ударилась во все тяжкие, но смекнула, что на табаке и алкоголе можно сделать неплохой бизнес. Именно этим она и промышляла. Она помогала украинцам, решившим нажиться на продаже отечественной продукции в Польше, пересекать границу. Некоторое время удавалось не просто выживать, а даже вполне достойно жить. Но потом эту лавочку прикрыли.
С тех пор Иренка работает на собственного сына, который держит магазин в Варшаве. Официально она не устроена. На пенсию вышла еще в середине 2000-х. Ей платят чуть больше 1200 злотых. Если перевести на рубли, то выйдет сумма почти в восемнадцать тысяч. В магазине же ей удается заработать еще тысячу злотых. Итого больше тридцати тысяч рублей. В Варшаве с такими деньгами можно прожить без особых трудностей - продукты здесь стоят в несколько раз дешевле, чем в Москве. Плюс ко всему, после того, как Иренке исполнилось 70 лет, она совсем перестала платить за свет, газ, воду. Эту заботу взяло на себя государство. Так же это самое государство предоставило ей определенный лимит бесплатных поездок на общественном транспорте. Бесплатными так же для нее являются многие медикаменты. Есть еще кое-какие преимущества, но они менее интересны. Для обычного российского пенсионера такие условия могли бы показаться идеальными.
Не стоит лукавить, в Польше и в самом деле пожилым людям живется лучше, чем у нас. Чья это заслуга сказать сложно, но сейчас принято считать, что это благополучие является следствием реформ Лешека Бальцеровича, когда-то давно возглавлявшего министерство финансов. Раньше его было принято ругать, но теперь все чаще его называют выдающимся экономистом. Просто первоначальный эффект от его нововведений был крайне негативным, но в долгосрочной перспективе они себя оправдали. В общем, не будем углубляться в историю, а вернемся к Иренке. Несмотря на, казалось бы, отличные условия, она все же недовольна тем, что имеет. И дело не в том, что ей не хватает на жизнь. Совсем нет. При своем достатке она даже позволяет себе выезжать за границу раз в год и содержать небольшой дачный домик. Ее гложет не нужда, а чувство совсем иного характера. Ей кажется, что с нею несправедливо обошлись. Почему же?
Просто ее пенсия значительно ниже средней по Польше. Она проработала немногим более пятнадцати лет. Такой стаж работы обеспечивает лишь минимальную пенсию. Сейчас она жалеет о том, что в девяностые не устроилась работать официально. Впрочем, в 2017 году обещали увеличить размеры ежемесячных выплат, правда, приятней от этого не станет — остальным тоже повысят, а значит, Иренка все равно будет получать меньше. По ее мнению, такой подход является чем-то наподобие дискриминации. Так относятся к тем, кто все свои лучшие годы отдал на благо государства. Проблема только в том, что того государства больше нет. А новое не хочет связывать себя с прошлым. Трагедии тут лично для нее вроде никакой нет, тем более, если учитывать российские реалии. Но это не мешает Иренке чувствовать себя обиженной…
Военные пенсии не выше российских
Более интересна история Анджея. Он попросил не упоминать фамилию, так как он долгие годы состоял на военной службе в рядах вооруженных сил Польской Народной Республики. По его словам, он, будучи молодым солдатом, даже принимал участие в операции «Дунай» — вторжение сил ОВД в Чехословакию. Вся его взрослая жизнь была связана с армией. Сначала Анджей отслужил 25 лет, а затем подался в эксперты. По сей день он пишет небольшие статьи на тему вооруженных сил для польских изданий. Ему уже за семьдесят. Жизнью доволен, да и не к лицу, как он считает, солдату жаловаться. Платят хорошо. Его пенсия превышает две тысячи злотых - почти тридцать тысяч рублей. Этот показатель сопоставим с российским, если учитывать, что Анджей дослужился до серьезного звания и занимал при этом весьма солидную должность. Можно даже предположить, что в России он получал бы больше. И это уже выглядит странно, хотя бы потому, что в Польше как раз-таки военные получают самые большие пенсии. Средний размер выплат для них составляет две с половиной тысячи злотых. Разумеется, бывают суммы и покрупнее. Отчего же тогда Анджей должен довольствоваться двумя тысячами? Ответ очень прост. Причина та же, что и в случае с Иренкой. Их молодость и зрелые годы пришлись на период социализма. Так что и военные, служившие во времена ПНР, получают меньше тех, кто защищал отчизну позже. А вот с прочими пенсионными привилегиями никаких проблем нет. Можно посещать абсолютное большинство музеев, театров и прочих заведений для культурного отдыха бесплатно. Можно пользоваться частными клиниками и не разоряться, так как почти 80% расходов берет на себя государство.
Просто райская жизнь, подумаете вы. Однако, подобные случаи, скорее, единичны. В стране, как почти во всем мире, процветает бюрократия. По подсчетам специалистов одного из крупных пенсионных фондов Польши «Aegon PTE S. A», всего лишь несколько процентов от общего числа пенсионеров пользуются льготами на коммунальные услуги. Процесс оформления нужных разрешений даже для семидесятилетних требует много времени и сил, чего, как известно, особенно последних, у стариков в избытке не бывает. А в таких обстоятельствах жизнь становится значительно дороже. Тарифы на газ, воду, электроэнергию очень высоки. В зависимости от размера выплат на них уходит от трети по половины всей пенсии.
Странный прогресс
По словам члена наблюдательного совета «Aegon PTE S. A» Яна Монкевича, подавляющее большинство польских пенсионеров не выезжает за границу, несмотря на то, что обладают в связи с Шенгенским соглашением правом путешествовать безо всяких проблем почти по всем странам ЕС. Это обусловлено исключительно недостатком денежных средств.
«СП»: - Чем обусловлена разница в подходах к пенсионерам, рожденным до 1949 года и после него?
—  Действующее пенсионное законодательство начало работать только в 1999 году. Разумеется, людям, преодолевшим на тот момент полувековой рубеж, накопительная система не подходила.
«СП»: - Насколько известно, такую модель пенсионной системы предлагали реализовать еще в самом начале девяностых. Кажется, реформы Лешека Бальцеровича инициировали этот процесс.
— Не совсем так. Польское правительство не сразу настроилось на вступление в Евросоюз. Наша экономика была архаичной, поэтому требовались решительные меры. Бальцерович их предложил, но социологи посчитали, что действовать надо поэтапно. В противном случае, была угроза задеть самые чувствительные слои населения, в том числе и пенсионеров. Так что с пенсионной реформой решили повременить. Возможно, она не действовала бы до сих пор, если бы не начались переговоры с Брюсселем. Нас пригласили. Мы в короткие сроки выполнили все требования.
«СП»: — Насколько положительным оказался опыт введения накопительной системы?
— Самый главный результат состоит в том, что за короткие сроки значительно вырос размер пенсии. В ближайшее время Польша выйдет на показатель в две с половиной тысячи злотых. Цифры относительные, все находится в зависимости от выбранного пенсионного фонда и, конечно же, заработной платы. Главное, что сейчас по этому показателю Польша опережает многие страны Евросоюза. А еще несколько лет назад наши пенсионеры получали в среднем 500−700 злотых.
«СП»: — Какое влияние государство оказывает на взаимоотношения фондов и граждан?
— Есть положения, регулирующие наши отношения. В этом принцип работы. Что же до прямого вмешательства, то мы его не испытываем. А вот косвенное вмешательство ощущается регулярно.
«СП»: — Например?
— Например, правительство отказалась согласовывать с нами и партнерами из других стран закон, отменяющий повышение пенсионного возраста. Учитывая рост продолжительности жизни, Польше необходимо повысить пенсионный возраст. Причем, надо как можно скорее вернуться к переговорам на данную тему. Иначе в течение ближайших десятилетий нас ждет финансовый кризис. Сначала не выдержат пенсионные фонды, а затем и бюджет «просядет». Руководство ЕС многократно предупреждало об этой проблеме, но власти решили действовать по-своему. Естественно, это в первую очередь скажется на людях.

Комментариев нет:

Отправить комментарий