четверг, 2 февраля 2017 г.

Американский стратег : Мы можем выиграть в войне с Россией.


Интервью с ведущим американским стратегом Филлипом Питерсеном, заместителем руководителя Фонда «Потомак» — одного из наиболее влиятельных аналитических центров в США.



Nowa Konfederacja: В Варшаве на прошлой неделе состоялась военная игра под названием Hegemon — Baltic Campaign, в которой при помощи компьютерного моделирования отрабатывался современный конфликт. Ее подготовили два аналитических центра: польский Фонд имени Казимежа Пулаского и американский Фонд «Потомак», а участие в ней принимали, в частности, бывшие натовские командующие. Какова была цель этой игры?

Филлип Питерсен (Phillip A. Petersen): Разыгрывался сценарий, который опирался на учения «Запад-2013» с некоторыми поправками, которые связаны с изменениями, произошедшими после саммитов НАТО в Ньюпорте и Варшаве: Альянс укрепил свои силы на восточном фланге, в результате чего россиянам пришлось учесть это в своих планах и изменить структуру своих вооруженных сил. Россия переместила 20-ю армию на юг к границе с Белоруссией и Украиной и воссоздала гвардейскую танковую армию. Она хочет заставить Польшу отказаться от защиты стран Балтии, если на них нападет 6-я армия. Интересно, как россияне разыграют все это на учениях «Запад-2017» летом этого года.

Цель игры состояла в том, чтобы понять природу военной угрозы со стороны России, жертвами которой могут пасть страны Балтии и Польша. Прибалты и шведы уже какое-то время пользуются платформой HEGEMON Baltic States Simulation, чтобы определить, какая структура сил и какие оборонные планы необходимы для противодействия планам российского Генштаба.

- В кругах некоторых экспертов (в том числе литовских, латышских и эстонских) царит убеждение, что защитить страны Балтии невозможно. Это не так?

— Я не думаю, что страны Балтии невозможно защитить. Совсем наоборот, однако, для этого нужна стратегия обороны на передовых рубежах, то есть соответствующие планы и подготовка. Территория обороны находится с двух сторон от границы, так что доступ россиян к натовскому пространству был бы ограничен. Территорию со стороны стран Балтии защищать легко. Россия смогла бы использовать лишь часть своих сил, и если мы сможем успешно защитить этот район, мы сможем победить российскую армию.

- Есть еще вопрос Сувалкского перешейка — коридора между странами Балтии и Польшей, то есть всем остальным НАТО.

— Да. О нем много говорят, но, на мой взгляд, его стратегическая роль преувеличивается, как роль Фульдского коридора в период холодной войны. Все тогда о нем говорили. В те времена СССР наверняка провел бы атаку, которой мы ожидаем, россияне могут сделать то же самое и сейчас: они хотят, чтобы мы думали, что понимаем их намерения. Они хотят напасть на нас в определенных точках, задержать нас там, чтобы окружить в других. Я не буду спорить и соглашусь: между Варшавой и Таллином пролегает линия сообщения длиной в 1000 километров, ей, несомненно, угрожает нападение, а самый узкий ее фрагмент находится в районе Сувалкского перешейка. Между тем эту территорию легко защитить. Располагая необходимыми силами, Польша может провести там успешную оборонительную операцию.

- Вопрос, есть ли у Польши такие силы. У нас относительно небольшая профессиональная армия, сейчас дополнительно начали создавать силы территориальной обороны. Этого хватит?

— Я не сторонник идеи, что Польшу, исходя из принципа, что каждый сам защищает свою деревню, нужно превратить в ежа. Чтобы сдержать врага, нужно нарушить его планы, а не разбить его вооруженные силы. Какие у россиян возможности? Им нужно окружить польскую армию в северо-восточной части страны и получить возможность напрямую угрожать Варшаве. Это значит, им нужно пересечь Буг, Нарев и Вислу. Есть места, где эти реки форсировать легче, и те, где это сделать сложнее. Возьмем нижний отрезок Вислы. Плоцк и Торунь — это города, которые нужно занять россиянам, поскольку они находятся на правом высоком берегу и защищают мосты. Если у российских сил это не получится, поляки смогут использовать эти мосты и провести контратаку.

Создать нечто вроде Национальной гвардии (если она, конечно, будет хорошо обучена и оснащена) — это хорошая задумка министра Мачеревича (Antoni Macierewicz). Такие силы могут превратить вышеупомянутые города (после эвакуации жителей) в крепости, которые можно будет оборонять много недель, гораздо дольше, чем смогут выдержать россияне. Национальная гвардия может также заняться восстановлением авиабаз, взяв на себя часть задач регулярной армии. Можно также пользоваться силами резерва. Такие люди, как я, умеют водить бульдозер или привести в порядок полевой аэродром. Генералы любят эффектные игрушки, хотят иметь как можно больше самых современных самолетов и танков, но прежде всего следует подумать о том, какова природа угрозы, чего россияне должны добиться, и лишь потом переходить к размышлениям, какая техника нам потребуется, чтобы нарушить их планы. В этом состоит эффективное сдерживание.

- Вы говорите о конвенциональной войне. Почему вы уверены, что россияне будут действовать в отношении Польши или стран Балтии так же, как в отношении Украины? Дела у них обстоят там не лучшим образом, они застряли в Донбассе. Последние лет десять мы постоянно сталкиваемся с шантажом россиян, которые угрожают применить против Польши ядерное оружие. В 2015 году россияне отрабатывали на учениях сценарий нанесения ядерного удара по Варшаве и Стокгольму. А что если они приведут угрозу в исполнение? Я имею здесь в виду точечные удары.

— Это очень хороший вопрос. Путин хочет создать империю и идет к этой цели, используя военные действия нового поколения. Инструментов в общей сложности девять. И девятый — это угроза применения ядерного оружия, а не само применение! Это стоит отдельно подчеркнуть. Перед российским Генштабом стоит серьезная задача: если Путин втянет Россию в войну, нужно придумать, как привести к ее завершению, как склонить Запад прекратить борьбу. Сомневаюсь, что Генштаб проводит учения «Запад», потому что он стремится захватить Польшу или страны Балтии. Думаю, он ищет способ, каким можно будет заставить Запад отказаться от борьбы, если он решится пойти на открытое использование силы против России.

Россияне знают, что без Польши НАТО не сможет защитить ни страны Балтии, ни себя целиком, поэтому они сосредоточили на ней внимание. В 2009 году они отрабатывали на учениях сценарий с тактическими ядерными ударами по мостам на Висле. Они изолировали поле битвы. По задумке, одновременно для изоляции театра военных действий крылатые ракеты, выпущенные авиацией дальнего действия, должны нанести ядерные удары по атлантическим портам США. Россияне хотели показать, что не стремятся к обмену стратегическими ударами. Это вызвало в Вашингтоне волнение. Все размышляли: нежели они думают, что если они применят против нас ядерное оружие, мы не ответим тем же?

Но это не главное. Мы знаем, чего они хотят, они даже создали карту, на которой обозначены территории, которые они хотят захватить. Никакой тайны здесь нет. Но если принимать во внимание сценарий с войной, нужно найти способ, как завершить ее, как начать переговоры. Так россияне действовали с Крымом: сначала они его захватили, а потом заявили, что готовы применить ядерное оружие, чтобы защитить свой трофей.

- Это оказалось эффективным. Запад поджал хвост, и сейчас мы слышим из уст французских или немецких политиков, что Крым, в принципе, всегда был русским, а Украине следует смириться с его потерей. Почему с Польшей и странами Балтии будет по-другому? Никто не хочет с Россией войны, тем более ядерной…

— На учениях 2009 года россияне использовали сценарий, в котором Франция и Германия отказываются выполнять союзнические обязательства, проистекающие из Пятой статьи Вашингтонского договора. Однако Альянс на саммитах в Уэльсе и в Варшаве ясно заявил о том, что он намерен защищать как Польшу, так и страны Балтии. Москва пришла к выводу, что поляков следует убедить отказаться от борьбы и не пускать американцев на свою территорию. Чтобы напрямую угрожать Варшаве, она воссоздала гвардейскую танковую армию.

Больше всего меня тревожит то, что Россия может захватить Белоруссию. Тогда гвардейская танковая армия окажется вблизи польской границы с Польшей, а это изменит ситуацию. Следует подумать, что мы можем предпринять, чтобы гарантировать Белоруссии суверенитет. Мы, конечно, не можем защитить ее военными средствами, но можем ввести против России санкции: на этот раз не временные, и не постфактум, как в случае Украины. Они должны действовать на опережение и носить постоянный характер. Отключение России от международной системы SWIFT, которая служит для обмена информацией между банками, может стать серьезным ударом для ее экономики. Без SWIFT товарооборот будет парализован, Москва окажется в экономической блокаде, а это приведет к упадку российских элит — людей Путина.

- Это можно было сделать уже давно. ЕС думал о таком шаге, но в итоге на него не решился.

— Многие западные страны инвестировали в Россию, вели с ней бизнес, поэтому они не заинтересованы в таких санкциях. Но нам следует сохранять в этом вопросе твердость. Если Россия захватит Белоруссию, россиян следует автоматически отключить от SWIFT. Чтобы вернуться в систему им нужно будет вывести войска с территории Белоруссии и восстановить ее суверенитет. Мы не в восторге от Лукашенко, мы не считаем его государство демократическим и знаем, что там нет свободных выборов. Однако у белорусов никогда не будет ни того, ни другого, ни демократии, ни свободных выборов, если они утратят суверенитет. Россияне должны понять, что или они будут играть по международным правилам, или им придется столкнуться с последствиями. Выбор за ними самими. Это лучшее, что мы можем сделать для международной безопасности.

Кроме того, россияне должны понять, что если гвардейская танковая армия придет в Польшу, она тут погибнет, а Россия потеряет Калининградскую область. Это будет так, никакие переговоры не помогут. В сценарии, который мы отрабатывали в Варшаве, Кремль устраивает переворот в Белоруссии, отстраняя Лукашенко от власти и формируя полностью лояльное Москве руководство. Потом российский сторонник приглашает российские войска, а Кремль начинает использовать Белоруссию как базу для гибридных атак на Польшу и страны Балтии. Мы не можем позволить, чтобы это случилось.

- Это потребует вовлеченности Вашингтона. Ему придется занять в отношении Москвы решительную позицию. Между тем новый президент Дональд Трамп пытается завязать с Россией диалог. Ни к чему хорошему это не приведет…

— Я не соглашусь с такой оценкой. Трамп, конечно, имеет право на собственное мнение, но прежде, чем он станет эффективным президентом, ему придется еще многому научиться. Назначение Джеймса Маттиса (James Mattis) на пост министра обороны — это очень мудрое решение, которое показывает, что смена направления (если она вообще произойдет) не станет резкой. Маттис не относится к числу друзей Кремля, ровно наоборот.

- Ситуация в Южно-Китайском море становится все более напряженной, а Трамп избрал в отношении Китая резкую риторику. Поворот к Тихому океану завершится войной? Может ли Россия стать в этой игре козырем?

— Россия не только может, она уже служит козырем в этой игре, но не в американских, а в китайских руках. Россию использует Пекин. Путин заключил с китайцами сделку: они возводят инфраструктуру, чтобы он мог поставлять в Китай нефть и газ. Что получает с этого Москва? Мало что. Основной покупатель российского газа — не Китай, а Европа. Китайская сторона диктовала Кремлю условия, на которые тому было сложно согласиться, однако, украинский кризис, напряженность в отношениях с Западом и ухудшение позиции на рынке ЕС заставили Москву пойти на уступки. Короче говоря, это очень невыгодный бизнес.

И даже хуже: создание транспортной инфраструктуры дает китайцам доступ к самому сердцу России. Китайские вооруженные силы могут в будущем использовать эту инфраструктуру для нападения. Раньше в сценариях учений китайская армия останавливалась на Урале, а теперь — в Казани. В российской армии есть две группы: такие люди, как Шойгу, которые выступают за политический союз с Пекином, и российские генералы, которые считают такой союз самой глупой идеей в мире. Один из них сказал мне, что главный вопрос не в том, смогут ли китайцы победить российскую армию, а в том, смогут ли они ее вообще обнаружить. Россияне знают, что мы не представляем для них угрозы. Запад не собирается нападать на Россию, а с китайцами может быть по-разному.

- Китайцы расставили в северо-восточной части страны у границы с Россией ракеты «Дунфэн-41» с дальностью полета до 15 000 километров. Кремль заявил, что они не представляют для него опасности. На кого они нацелены? На США?

— Они могут быть нацелены как на США, так и на Россию. Мы знаем, что Пекин консультировал Кремль в вопросе упреждающего ядерного удара по американцам, склоняя Россию занять агрессивную позицию: пусть россияне запустят ракеты, а мы сможем расслабленно откинуться на спинку кресла, ничего не предпринимая. Путин позволяет китайцам дурачить себя, как ребенка. Он оказался идиотом, и прекрасно это осознает. Российский президент сейчас в сложной ситуации, и это делает его еще более опасным.

После окончания холодной войны мы старались помочь России. Мы потратили сотни миллионов долларов, чтобы россияне могли разгрести оставшийся от советских эпохи ядерный бардак. Но они направили деньги на вооружения и модернизацию армии, чтобы им было чем на нас напасть.


Но не в этот раз. Второй раз мы такой ошибки не совершим. Мы находимся с Россией в состоянии войны, ведь она начала против нас войну. Кажется, что люди этого не понимают. Одним из орудий военных действий нового поколения стала информационная война, а ее россияне ведут против нас уже давно. Мы наблюдали это на выборах в США, и увидим снова — на приближающихся выборах во Франции и в Германии.

Комментариев нет:

Отправить комментарий